СМИ О НАС
10.08.2019

20 лучших благотворительных фондов богатейших бизнесменов России

Первый рейтинг российских филантропов Forbes
Российская благотворительность, лихая и непредсказуемая, появилась в начале 1990-х, когда после развала большой страны перестали работать социальные институты. Постепенно и крупные бизнесмены начали оформлять свои отношения с филантропией, к середине 2000-х у многих участников списка Forbes были благотворительные проекты. Cейчас, по оценке бизнес-школы «Сколково», государство, частные лица и бизнес тратят на благотворительность 400 млрд рублей в год. Исполнительный директор Форума доноров Александра Болдырева говорит, что проекты появляются каждый год и профессионализм менеджеров фондов растет. «Развивать собственный фонд непросто в силу многих факторов: личных обстоятельств, динамики богатства, ситуации в стране и в мире, — отмечает советник Центра управления благосостояниями и филантропией «Сколково» Вероника Мисютина. — Но при этом растет число попыток заниматься филантропией и делать это системно». По данным исследования «Российский филантроп», проведенного «Сколково» совместно с банком UBS, вовлеченность владельцев капитала в благотворительность почти в полтора раза выше, чем у населения в целом. Более 90% крупных бизнесменов за прошедшие 12 месяцев принимали участие в тех или иных проектах, а у 45% пожертвования носят запланированный характер. Их средние траты на благотворительность превысили 3 млн рублей в год, однако общий масштаб помощи эксперты называют очень низким, менее 1% личного состояния.

В 2018 году в Англии вышла книга Элизабет Шимпфессль «Богатые русские: от олигархов к буржуазии» — масштабное исследование нравов первого поколения богатейших людей России. В ней собраны интервью с 80 предпринимателями от Петра Авена до Ильи Сегаловича, и одна из глав посвящена филантропии. Автор утверждает, что для состоятельных людей (особенно в первом поколении) благотворительность важна для оправдания легитимности их богатства, но в то же время помогает им найти новые интересы и задачи. Поэтому крупные бизнесмены занимаются коллекционированием, открывают музеи и галереи, поддерживают значимые учреждения культуры. Кто-то добился успеха в бизнесе и пробует социальную сферу, кто-то хочет остаться в истории, кому-то тема важна по личным причинам.

В мире традиционно больше всего помогают детям, и российские филантропы не исключение. Вот еще три популярных направления: малоимущие, церковь и религия, высшее образование и наука. Анализ работы частных фондов миллиардеров подтверждает эту статистику: большинство организаций занимается образованием, детьми и культурой. С юридической точки зрения частные фонды не отличаются от корпоративных. Разница лишь в источнике средств: частные фонды финансируются в большей степени учредителями, корпоративные — компанией. Хотя границы не всегда четкие, и часто отследить происхождение денег сложно.

«Благотворительная и социальная деятельность может осуществляться через разные структуры: собственные фонды, контролируемые бизнесы, иностранные благотворительные трасты и другие образования, — перечисляет Вероника Мисютина, — а также денежные и неденежные инструменты: прямая помощь благополучателям — физическим лицам через попечительство в отношении других НКО, вклады в эндаументы НКО и т. п.». Поэтому наш рейтинг не претендует на полноту охвата. Несколько фондов было, например, у оставшегося за его рамками Романа Абрамовича, многие из них уже закрыты. В феврале 2019 года стало известно о новом проекте — фонде развития российского кино «Кинопрайм», где Абрамович — единственный учредитель. Нет в рейтинге и Рубена Варданяна: у него десятки проектов, но все они не в формате фондов.

Частные фонды без лишней бюрократии могут быстро решать многие вопросы. С другой стороны, жизненные обстоятельства основателя могут измениться, и это мгновенно отразится на работе фонда. Зиявудин Магомедов, например, со страстью начинающего филантропа развивал фонд, названный в честь его матери «Пери», теперь он в СИЗО, а в Дербенте стоит недостроенная школа, и из многих начатых им проектов работает только один. Фонд «Династия» в 2015-м признали иностранным агентом, и учредитель его закрыл. Несколько лет назад заметными были проекты владельца «Уралсиба» Николая Цветкова. За 10 лет фонды «Мета» и «Виктория» получили от него около $300 млн. Сейчас лишь «Виктория» продолжает работу, но на частные и корпоративные пожертвования.

Грамотно устроенные фонды уже давно помогают не просто так, даже если их деятельность базируется на предпочтениях учредителя. Во многих организациях действуют системы оценки социальной эффективности помощи и долговременности финансируемых программ. «Когда-то все начинали с адресной помощи, — говорит директор фонда «Абсолют-Помощь» Полина Филиппова, — но постепенно все организации приходят к системной работе и вопросу: «Какой долгосрочный эффект достигается?»

12. Фонд «Добросердие»

Год основания: 2008

Донор: Андрей Бородин F 127

Бюджет: 9 млн руб.

Итоговый балл: 55,2

С 2011 года основное направление фонда — помощь детям с ДЦП. Андрей Бородин и его жена Татьяна Корсакова финансируют административную работу и основные проекты фонда. Президент фонда — Надежда Корсакова, сестра Татьяны. В феврале 2013 года Андрей Бородин получил политическое убежище в Лондоне. В том же году Татьяна Корсакова учредила фонд Gracious Hearts, который помогает детям с ДЦП в Англии. Татьяна регулярно проводит в инстаграме благотворительные аукционы в поддержку фонда.

>83 млн руб. собрано за время существования фонда

642 ребенка с ДЦП прошли курсы лечения и реабилитации на средства фонда

500 руб. и более стоит CharityBox, все средства от продажи которого идут фонду.

 

Ольга Павлова Forbes Contributor

Источник: Forbes

нужна помощь

Принципиальные подходы Благотворительного фонда «Добросердие» к оказанию помощи в лечении и реабилитации детей с ДЦП.

 

Общие принципы оказания помощи.

 

1. Мы оказываем помощь в оплате лечения и реабилитации детям-инвалидам с диагнозом детский церебральный паралич (ДЦП).

2. Мы взаимодействуем с законным представителем ребенка, действуя в интересах ребенка.

3. Решение об оказании помощи в лечении или реабилитации детей с ДЦП принимается только после консультации с экспертом фонда – врачом-ортопедом.

4. Мы стремимся оказать помощь максимальному количеству детей, но из-за ограниченности наших ресурсов не можем помочь всем, кто в этом нуждается.

5. Мы не можем гарантировать, что средства будут собраны и счет оплачен к определенной дате.

6. Мы оставляем за собой право отказать в помощи без объяснения причин.

 

Кому, и на какие цели оказывается помощь.

 

1. Мы оказываем помощь детям-инвалидам с ДЦП до 18 лет, являющимся гражданами РФ, проживающими в регионах Москва и Московская область, независимо от национальности, убеждений, вероисповедания.

2. Мы помогаем семье ребенка-инвалида с ДЦП в оплате лечения или реабилитации, в т.ч. оплате технических средств реабилитации.

 

Условия предоставления помощи.

 

1. Мы не переводим средств на счет законного представителя ребенка, мы оплачиваем счет на лечение или реабилитацию за законного представителя ребенка.

2. Мы считаем обязательным документальное подтверждение законным представителем ребенка обстоятельств и фактов, на которые есть ссылки в письме-обращении в фонд.

3. Мы не оплачиваем счета без оформления договора пожертвования, регламентирующего как, на что и в какие сроки будут эти средства израсходованы.

4. Законный представитель ребенка-инвалида может планировать точную дату лечения (в т.ч. обследований) или реабилитационных мероприятий (в т.ч. приобретения ТСР) только после того, как  денежные средства поступили от фонда на расчетный счет организации, выставившей счет. В иных случаях фонд не несет никаких обязательств по оплате.

5. Мы считаем обязательной отчетность законного представителя ребенка (родителя) о целевом использовании средств в соответствии с договором.

 

Фонд не оплачивает

 

1. Мы не оплачиваем услуги экстрасенсов, биоэнергетиков, шаманов, колдунов и ясновидящих.

2. Мы не оплачиваем продукты питания, за исключением случаев, когда питание является лекарством.

3. Мы не оформляем никаких документов и ничего не оплачиваем прошедшим числом.

4. Мы не оплачиваем аренду жилья.

5. Мы не оплачиваем курсовую реабилитацию.

 

99 184 958
рублей передано на нужды благополучателей фонда.
782
ребёнка с церебральным параличом получили лечение и реабилитацию.
216
детей получили технические средства реабилитации.
26
медицинских и образовательных учреждений получили необходимое оборудование.
Подпишитесь на рассылку
Делимся отчётами, рассказываем о жизни фонда и подопечных.
Подпишитесь на рассылку
Делимся отчётами, рассказываем о жизни фонда и подопечных.